Экономическая социология – производственное и трудовое поведение

 

ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ И ТРУДОВОЕ ПОВЕДЕНИЕ


Производство представляет собой процесс создания благ, необходимых для существования и развития общества: материальных благ, средств жизнеобеспечения с различными потребительскими свойствами, услуг различного назначения и характера, научных идей и их прикладных аналогов, информации, организационных методов и управленческих технологий, профессиональных способностей и т.д.

Известно, что в современных развитых экономиках постоянно растет число занятых в непроизводственной сфере и сегодня примерно в 1,5 раза превышает число работающих в материальном производстве. Однако доказательство важности производства нематериальных благ достаточно долгое время представляло собой научную проблему. Это было связано с традиционным, идущим от А. Смита и наиболее радикально воплощенным у К. Маркса представлением о примате производительного труда над непроизводительным и о доминировании собственно материального производства как ведущей сферы хозяйственной жизни общества. Такое представление способствовало возникновению устойчивой системы взглядов о «главных» секторах экономики и секторах «второстепенных», которые их обслуживают, о ведущей роли видов труда, создающих «осязаемый» материальный продукт (о приоритете физического труда над умственным), а также привело к узкоматериалистическому пониманию продуктов общественного производства. К последним, следуя К. Марксу, трудно отнести «неосязаемые активы», продукты непосредственно не связанные с материально-вещным субстратом, такие как идеи, информацию, многие виды услуг и экономических действий, например, правовых, инвестиционных, финансовых, коммерческих. Подобные взгляды сегодня подвергнуты многочисленной и обоснованной критике.

Так, например, Ф. Хайек убедительно доказал ошибочность точки зрения о том, что источником «полного продукта труда» являются, прежде всего, затраты физической энергии. Обилием продуктов мы обязаны методам распределения, то есть способам рыночного ценообразования. Считать, что как только вещи появляются, мы вольны поступать с ними как нам заблагорассудится, просто неверно, потому что они не будут произведены до тех пор, пока притязания индивидов на ту или иную долю в совокупном продукте не породят ценовой информации. Именно обмен, торговля дает толчок материальному производству и управляет им, поставляя информацию об относительной редкости разных предметов в разных местах .

В этой связи следует отметить, что производятся, прежде всего, экономические ценности, которые в одном случае могут быть связаны с материальным субстратом, а в другом – нет. Таким образом, в экономическом смысле ценно не то, что материально, а то, что является предметом экономического интереса. Производительный же труд является производительным потому, что создаваемые им продукты, «осязаемые» и «неосязаемые», являются специфической ценностью для различных экономических субъектов, то есть предметом спроса .

Не менее интересную аргументацию приводит Н.Д. Кондратьев, критикуя определение понятия «экономическое» через понятия «производство» и «труд». Приводя в качестве примера отношения рабочего и рантье, он показывает, что они складываются не столько на почве трудовой деятельности, сколько на иной основе – на основе прав собственности. Операции с последними являются не менее важными, и даже более фундаментальными, чем осязаемая трудовая деятельность, связанная с физическими затратами .

Развивая мысль Н.Д. Кондратьева, следует отметить, что права собственности являются предметом как профессиональных (трудовых), так и непрофессиональных действий. В первом случае мы имеем в виду профессиональные действия лица, например, юриста, защищающего права собственности рантье, то есть те ресурсы, которые ему принадлежат. Здесь уместно говорить о специализированном виде трудовой деятельности, которая не менее важна, чем трудовая деятельность наемного рабочего, получившего право доступа к чужим ресурсам. Она заключается в оперировании такими нематериальными (незримыми) активами, как права, обязательства, экономические статусы и роли, регламентируемые и защищаемые законом, и может стать основанием для создания предприятия (фирмы) по предоставлению подобных услуг тем, кто в них нуждается. Во втором случае в центре экономических отношений стоит рантье, живущий на доход от экономических ресурсов, хозяином которых он является и которые он на контрактной основе передает во временное пользование (распоряжение) тем, кто может обеспечить их сохранение и приращение.

Следует еще раз подчеркнуть, что само существование экономических ресурсов, их концентрация, накопление и использование (максимизация) становятся возможными, если они кому-то принадлежат. И, наоборот, факт существования собственности (в различных ее формах) есть необходимое условие того, что ресурсы могут быть запущены в оборот. Другое дело, что их использование может быть эффективным и неэффективным. Очевидно, что в первом случае их использование и комбинирование с другими ресурсами становится средством извлечения выгоды (дохода, прибыли). Во втором случае, они, перераспределяясь по каналам рынка, в конечном итоге переходят в распоряжение того, кто эту выгоду может извлечь.

Итак, повторим, что производственное поведение не обязательно связано с предложением осязаемых благ, но именно всего спектра экономических ценностей, которые могут быть предметом спроса. Субъектом же производственного поведения является любое предприятие (фирма, организация), которое выступает в качестве продуцента каких-либо экономических ценностей (например, адвокатская контора, фермерское хозяйство, мастерская, промышленное предприятие, банк или инвестиционный фонд).

И, наконец, еще одно общее соображение. Рассматривая процесс производства экономических ценностей, необходимо выделять три его важных аспекта: функционально-технологический, организационно-управленческий и собственно экономический. При этом самым существенным является то, что критерии функциональной и организационной целесообразности производства должны быть соединены с критерием экономической целесообразности, без которых первые не имеют смысла.

Производственное поведение есть, прежде всего, поведение, основанное на поиске и поддержании таких комбинаций «затраты–выпуск», которые позволяют максимизировать разницу между доходами и издержками[4]. Другими словами в условиях рыночной экономики решения, мотивации и действия производителей направлены на поиск оптимальных комбинаций стоимостных и нестоимостных факторов труда, что позволяет максимизировать прибыль в данный конкретный промежуток времени, естественно при условии учета величин и соотношения спроса и предложения на выпускаемую продукцию.

Важнейший принцип максимизации, которому должна подчиняться вся система организации производства и в соответствии с реализацией которого должны функционировать все факторы последнего, наиболее детально изучается в микроэкономических теориях фирмы. В ряде из них реконструкция рациональных моделей производственного поведения является прямым переводом на четкий математический язык проблем выбора оптимального решения[5]. Однако, как мы уже отмечали, маржиналистские неоклассические теории микроэкономики не дают и не могут дать объяснения множеству детерминант реального поведения хозяйствующих субъектов, действующих в стохастическом и многомерном социокультурном пространстве. Эти действия не всегда и не обязательно базируются на рациональном выборе оптимальных решений. Причиной тому многочисленные факторы объективного и субъективного порядка (социальные стереотипы и традиции, социально-психологические и психологические особенности субъектов, экстремальные ситуации и др.), которые деформируют рациональные схемы и модели экономического поведения и делают их в определенных условиях недостижимым идеалом. Очевидно, что социологический анализ производственного поведения гораздо шире рациональных схем микроэкономики, которая в вербальной форме или с использованием математического аппарата предлагает различные версии наиболее целесообразных моделей максимизации. Непосредственным доказательством этого факта является проблема «распыления» способов объяснения поведения фирм (предприятий) вследствие выделения различных исходных критериев для их анализа.

Например, существует весьма взвешенная точка зрения Ф. Махлупа о том, что теория фирмы в ее классическом варианте является умозрительной теоретической конструкцией, которая не предназначена для объяснения и предсказания поведения реальных фирм. Она должна объяснять и предсказывать лишь изменения в ценах, возникающие в результате изменений определенных условий (ставок заработной платы, нормы процента, пошлин, налогов и т.п.), то есть объяснять каузальные связи. Другими словами модели фирмы являются некими гипотетическими «принимающими решения единицами», позволяющими сформулировать максимизационную функцию при ограниченном наборе переменных. Поэтому, по Махлупу, смешивать фирму как теоретическую конструкцию и фирму как эмпирическую реальность, то есть смешивать эвристическую функцию с настоящей организацией, значит впадать в заблуждение[6].

You are here: Главная Социология Экономическая социология – производственное и трудовое поведение